it dwelt - Traducción de Russe

'The monks have dwelt in the Holy Skite and been tonsured there without a permit having been obtained by the Monastery and without following the known procedure regarding habitations'.

"Монахи жили в священном ските и были там посвящены в сан без разрешения монастыря и без обычной церемонии, касающейся поселения".

The appeal stated that the new Interior Ministry policy was turning East Jerusalem residents who had gone abroad without the intention of settling there into illegal immigrants deprived of any rights in the city where they had been born and where they dwelt.

В петиции говорилось, что новая политика министерства внутренних дел превращает жителей Восточного Иерусалима, уехавших за границу без намерения остаться там, в незаконных иммигрантов, лишенных каких-либо прав в городе, где они родились и жили.

No one lives in this land. Men once dwelt here, ages ago; but none remain now.

Теперь здесь никто не живет: жили люди, нынче их нет.

They necessarily became the judges in peace, and the leaders in war, of all who dwelt upon their estates.

Они неизбежно становились для всех тех, кто жил в их поместьях, судьями во время мира, военачальниками во время войны.

‘I have,’ said Strider. ‘I dwelt there once, and still I return when I may.

– Бывал, – отозвался Бродяжник. – Когда-то я там и жил, и возвращаюсь туда всякий раз, как выпадет случай;

In those days the Companions of the Ring dwelt together in a fair house with Gandalf, and they went to and fro as they wished.

Бывшие Хранители Кольца жили вместе в роскошном доме, и Гэндальф никуда не девался; а уж гуляли они, где им вздумается.

The security of a landed estate, therefore, the protection which its owner could afford to those who dwelt on it, depended upon its greatness.

Поэтому безопасность поместья, защита, которую его владелец мог оказывать тем, кто жил в нем, зависели от размеров владения.

The nations that, according to the best authenticated history, appear to have been first civilised, were those that dwelt round the coast of the Mediterranean Sea.

Народы, которые, согласно самым достоверным историческим источникам, представляются первыми носителями цивилизации, жили по берегам Средиземного моря.

Haldir is my name. My brothers, Rúmil and Orophin, speak little of your tongue. ‘But we have heard rumours of your coming, for the messengers of Elrond passed by Lórien on their way home up the Dimrill Stair. We had not heard of — hobbits, of halflings, for many a long year, and did not know that any yet dwelt in Middle-earth. You do not look evil! And since you come with an Elf of our kindred, we are willing to befriend you, as Elrond asked;

Меня зовут Хэлдар. А мои братья, Орофин и Рамил, почти не знают всеобщего языка. Эльфы, услышав свои имена, учтиво, но молча поклонились хоббитам. – Про вас нам поведали посланцы Элронда, и мы припомнили, хотя и с трудом, что где-то на северо-западе Средиземья в давние времена жили невысоклики, или, как вы себя называете, хоббиты. Мы не допускаем сюда чужаков, но за вас ручается наш северный родич, да вы и без поручительства не похожи на лиходеев, а поэтому мы, как просил нас Элронд, готовы помочь вам добраться до Андуина.

There messages reached me telling me of war and defeat in Gondor, and when I heard of the Black Shadow a chill smote my heart. But I found nothing save a few fugitives from the South; yet it seemed to me that on them sat a fear of which they would not speak. I turned then east and north and journeyed along the Greenway; and not far from Bree I came upon a traveller sitting on a bank beside the road with his grazing horse beside him. It was Radagast the Brown, who at one time dwelt at Rhosgobel, near the borders of Mirkwood. He is one of my order, but I had not seen him for many a year. ‘ “Gandalf!” he cried.

а когда я услышал про Черных Всадников, ощущение приближающейся опасности усилилось. Однако никто их как будто не видел – даже несколько усталых беженцев с юга, которые встретились мне по дороге; и все же моя тревога росла, ибо южные беженцы были очень напуганы, а причину страха почему-то скрывали. Тогда я свернул на Неторный Путь, и в Пригорье мне встретился Радагаст Карий – он, как и я, носит титул Мудрого. Радагаст некогда жил в Розакрайне, рядом с Лихолесьем, но куда-то переселился… Так вот, он сидел у обочины дороги, а рядом, на лугу, пасся его конь.

but his heart was moved suddenly with a desire to see the house of Elrond Halfelven, and breathe the air of that deep valley where many of the Fair Folk still dwelt in peace. One summer’s evening an astonishing piece of news reached the Ivy Bush and Green Dragon. Giants and other portents on the borders of the Shire were forgotten for more important matters: Mr. Frodo was selling Bag End, indeed he had already sold it — to the Sackville-Bagginses! ‘For a nice bit, too,’ said some. ‘At a bargain price,’ said others, ‘and that’s more likely when Mistress Lobelia’s the buyer.’(Otho had died some years before, at the ripe but disappointed age of 102.) Just why Mr. Frodo was selling his beautiful hole was even more debatable than the price. A few held the theory — supported by the nods and hints of Mr.

но ему не шутя захотелось побывать в той блаженной долине, где Дивный Народ все еще жил мирно и счастливо. Как-то летним вечером в «Укромном уголке» и «Зеленом драконе» обсуждали невероятное – что там великаны и прочая нечисть на границах! Оказывается, Фродо продает, если уже не продал, Торбу – и кому? Лякошель-Торбинсам! – Ну, за хорошие деньги, – говорили одни. – За свою цену, – возражали другие, – будьте покойны, Любелия гроша лишнего не даст. (Оддо уже успел умереть, дожив до ста двух лет и не дождавшись свершения своих чаяний.) О цене очень спорили; но больше о том, с чего бы это Фродо вздумал продавать такое прекрасное именье.